«Жаркий огонь сердца…» (к 100-летию писателя А.Т. Черкасова)

«Каковы мои книги – не мне судить о них.
Я только хотел одного:
воспеть милый сердцу Енисейский край;
сибиряков, незабываемую тайгу,
исхоженную мною ещё в юности».

А.Т. Черкасов

2 июня 2015 года исполняется 100 лет со дня рождения Алексея Тимофеевича Черкасова, великого писателя – автора самой популярной в 1970-1980-е гг. трилогии «Сказания о людях тайги» («Хмель», «Чёрный тополь», «Конь рыжий»), а также нашего земляка. В Государственном архиве Красноярского края, к сожалению, не так много документов, относящихся к его трудовой деятельности, в основном, это документы из личного фонда друга А.Т. Черкасова и редактора Красноярского книжного издательства писателя Ивана Ивановича Пантелеева. Это письма А.Т. Черкасова к И.И. Пантелееву, материалы и воспоминания о нём самого писателя, а также автобиография Черкасова. И.И. Пантелеев в своей статье о Черкасове писал, что писатель – это, прежде всего исследователь человеческих душ, и «уж если его заинтересовал какой-то человеческий характер, то он, чтобы понять его, постарается докопаться до его истоков. Ну, а для того, чтобы понять характер творчества самого писателя, видимо, нужно внимательно проследить путь его формирования с его истоков, т.е. с детства».

Родился Алексей Тимофеевич Черкасов 2 июня 1915 года в д. Потаповой Даурской волости бывшей Енисейской губернии в семье крестьянина-ремесленника. Отца своего Алексей не знал, т.к. тот появлялся дома изредка, а потом и вовсе ушёл из семьи, когда мальчику было 10 лет. Воспитанием будущего писателя занимался дед, Зиновий Андреевич. О своём детстве сам Алексей Тимофеевич потом вспоминал так: «Жили мы бедно, хотя смешной мой дедушка всегда и всем говорил, что он самый богатый человек на белом свете. И как бы в подтверждение своих слов он потряхивал своими замасленными холщовыми шароварами… Хлопотливый дедушка заменил мне и отца, и первого учителя. Он был писарем сельсовета и знаменитым на всю Даурскую волость колесником. Я частенько рыбачил с ним на Енисее, а он рассказывал мне бесконечные были и небылицы из своей жизни. Он же мне привил необычайную любовь к книге, научил грамоте». Дед же и толкнул Алексея на путь сочинительства, о чём писатель потом с любовью вспоминал и обозначал роль, что сыграл дед в его творческой судьбе: «Сочинять начал очень рано. Ещё в детском возрасте, лет 7-8, я сочинял стихи и записывал их в церковные книги, которые доставал Зиновий Андреевич. Фактически стихи писали вдвоём: я и дедушка. Дед потом читал эти стихи в сельской сборне как церковные псалмы, что вызывало всеобщий смех. Так дед воевал с религией. Позднее, когда мы рыбачили на Енисее, дед говорил мне о таинствах великой реки, о природе, и более всего – о значении художественного слова. Сам он никогда не говорил без сочных эпитетов, сравнений, словообразований. Он знал множество жизненных историй каторжан, беглых людей, ссыльных и всегда охотно рассказывал их. Сказок не терпел. В его преломлении будничная жизнь превращалась в сказку. И если говорить о моём творчестве именно с этой точки зрения – писать автобиографию, то я должен заявить: никогда, ни до, ни после никто на меня не имел такого влияния как дед, Зиновий Андреевич».

Кроме нравственных, этических качеств дед привил Алексею любовь к труду. Уже в раннем возрасте он умел работать на токарном деревообделочном станке, ходил за плугом, управлялся с хозяйством. Как потом вспоминал писатель, жили они бедно, но удивительно дружно и весело.

Когда жить стало совсем тяжело, мать с дедом отправили Алексея с сестрой в детдом г. Минусинска, откуда они попали в коммуну «Соха и молот» возле Курагино. Там Алексей поступает в школу рабочей молодёжи. У него не было никаких документов, и в детдоме определили его год рождения – 1912, что помогло ему в числе других воспитанников коммуны попасть на учёбу в Красноярский агропедагогический институт.

В 1929 году Черкасов вступил в красноярскую литературную группу начинающих писателей и поэтов при газете «Красноярский рабочий». Но институт он не окончил, т.к. в 1931 году по призыву ЦК ВЛКСМ с группой комсомольцев уехал в деревню в Балахтинский район, где работал уполномоченным райкома комсомола по проведению коллективизации. В 1932 году райкомом комсомола он был направлен на работу агрономом в только что организованную Тюльковскую МТС Балахтинского района, и с этого времени вся его деятельность становится тесно связанной с сельским хозяйством, что дало ему богатейший материал для будущих книг.

Ещё в 1931 году у Черкасова возникло желание написать роман из истории революционного движения в Сибири, в основу которого были положены жизненные наблюдения его деда.

О начале своей деятельности как литератора сам Черкасов писал так: «В юности писал много и плохо. Сюжеты наплывали один за другим, и я не успевал их записывать. Позднее, работая агрономом, вплоть до 1934 года, я обдумывал свой первый роман “Ледяной покров”. Зимою так, в один присест, я написал первую книгу романа и послал её на отзыв Алексею Максимовичу Горькому. Потом меня вызвали в Москву, и мне довелось услышать много такого, о чём я и понятия не имел. Одно было ясно – литература – трудная стезя, и не всякий разумеет, какие невероятные житейские испытания на пути писателя!..»

Тот факт, что молодой Черкасов был приглашён Горьким в Москву к себе в гости, подвергается сомнению многими исследованиями жизни и творчества этих писателей. Кроме Горького, по словам Черкасова, он был познакомлен с Алексеем Николаевичем Толстым и Александром Александровичем Фадеевым, которые так же читали его роман и нашли его «свежим», в нём было «отсутствие литературного подражания и заимствования, непосредственность восприятия жизни молодым автором». Но в свет роман так и не вышел.

11 ноября 1937 года Алексей Черкасов был арестован органами Северо-Казахстанского областного НКВД в станице Пресновской, где он работал главным агрономом Пресновского райземотдела. Ему было предъявлено обвинение в антисоветской агитации. После проведённой проверки было принято решение освободить Черкасова из заключения. Но решение это было механически отменено УНКВД Казахстанской ССР, и он был снова осуждён «тройкой» к 10-ти годам заключения. В 1940 году дело его было пересмотрено, и он был полностью оправдан и освобождён.

Сохранилось стихотворение А.Т. Черкасова того времени, которое он сам называл одной из самых тяжёлых страниц своей жизни:

Я слишком юн. Мне 21-й год.
Я очень мало видел в этом мире.
Быть может, завтра пулю всадят в лоб,
Как в мишень, прицеливаясь в тире

Позднее, в 1942 году, когда Черкасов работал в газете «Советская Хакасия» заведующим сельскохозяйственным отделом, он снова был арестован по тому же обвинению органами Хакасского областного УНКВД. Так пишет про это заключение сам писатель: «В этот раз на защиту меня стала юная 19-летняя девушка, Полина Дмитриевна Москвитина, которая в ту пору работала в органах военной цензуры переводчицей с немецкого; она случайно прочитала моё письмо из тюрьмы, адресованное краевому прокурору Абрамову и письмо моей сестре, Анне Черкасовой». 1 июня 1943 года дело было прекращено, и Черкасова освободили.

Два месяца спустя он женился на П.Д. Москвитиной, которая стала ему и преданной спутницей жизни, и соавтором его книг, и верным другом… О творческом союзе с женой Черкасов писал так: «С момента вступления в брак с Полиной Дмитриевной Москвитиной, мы фактически работаем вместе: обдумываем не только сюжеты и сцены, но и замыслы. К такой манере работы приучил меня покойный Зиновий Андреевич. Он терпеть не мог индивидуализм, выскочек и мнительных людей». Супруги поселились в Минусинске, где Черкасов работал на плодово-ягодной станции научным работником в отделе селекции. В это время Алексей Черкасов пишет такие свои произведения, как романы «Славия», Весёлый дом», «День начинается на Востоке» и другие.

В 1949 году журнал «Октябрь» опубликовал его роман «День начинается на Востоке», а в издательстве «Советский писатель» вышел сборник повестей и рассказов «В стороне сибирской». Уже в первых своих произведениях писатель отдал предпочтение героям крепкого, волевого характера. Но первые книги не сыграли заметной роли в творческой биографии писателя, они явились как бы предтечей главному его произведению, вершине творчества Черкасова – «Хмель».

Иван Иванович Пантелеев был первым редактором этого произведения: «Я был свидетелем создания его, знаю, каким беспощадным к себе был писатель, работая над языком сказаний, над его многочисленными образами… Долго и трудно создавался “Хмель”. Замысел его возник ещё в 1934 году, и тогда же появились первые его наброски, и лишь спустя 20 с лишним лет главы из сказаний были напечатаны в альманахе “Енисей”, “Сибирских огнях” и сокращённый вариант в журнале “Нева”. В 1963 году в Красноярске выходит первое издание “Хмеля”. Оно не имеет ничего общего с ранее опубликованным в “Неве”. При жизни автора вышло пять изданий “Хмеля” общим тиражом более трёх миллионов экземпляров. В каждое новое издание писатель вносил изменения, совершенствовал текст, перерабатывал, исключал и добавлял целые главы».

В напутном слове к «Хмелю» автор пишет, что побудило его написать это произведение: «Много, очень много было встреч с людьми сибирской тайги и особенно с крепчайшими раскольниками-старообрядцами – не с волжскими, описанными Мельниковым-Печерским, а с непримиримыми, которых при всех царях гнали этапами в Сибирь».

Популярность трилогии у массового читателя была невероятной. И.И. Пантелеев вспоминал: «Когда рукопись была уже готова к сдаче в производство, мы после долгих раздумий решили поставить на обложке “том первый” и считали, что поступаем правильно, потому что за “Хмелем” должны были последовать ещё два тома. За эту поспешность нам пришлось потом расплачиваться: буквально через неделю-полторы после появления книги на прилавках книжных магазинов издательство завалили письмами с требованием второго тома. Ответы на них отнимали уйму времени. “Хмель” был принят читателем сразу и безоговорочно».

После «Хмеля» вышел «Чёрный тополь» (1969 год), затем – «Конь рыжий» (1972 год), который писатель заканчивал уже в Крыму, в Симферополе, куда он переехал с семьёй в 1969 году из-за тяжёлого состояния здоровья. Об этом периоде жизни писателя рассказывают его письма к И.И. Пантелееву. Алексей Тимофеевич очень тосковал по своему родному краю и сетовал на своё здоровье, но не жаловался, а как-то с горькой иронией сожалел о том, что ещё многого он не может и не успевает сделать. Вообще, письма Черкасова Пантелееву очень показательны для раскрытия характера Алексея Тимофеевича. Для Пантелеева это был не только талантливый писатель с тяжёлой судьбой, автор знаменитой трилогии, но волевой, страстный человек, со сложным сильным характером, ставший для него настоящим другом. Именно к Пантелееву обратился Черкасов за помощью в доработке последней части трилогии – «Конь рыжий». Иван Иванович, недолго думая, переехал в Симферополь и, как он потом писал, каждый день на протяжении 20-ти дней ходил к Черкасову домой для того, чтобы помочь ему закончить роман.

Умер Алексей Тимофеевич Черкасов 13 апреля 1973 года в Симферополе. В воспоминаниях о писателе И.И. Пантелеев рассказывает о том, что на его похоронах к нему подошёл пожилой человек, который оказался бывшим красноярцем, проживающим в Севастополе и приехавшим, чтобы проводить писателя в последний путь. Этот человек недоумённо спросил Пантелеева: «Ну почему он умер? Такой молодой…» Тогда Пантелеев не нашёлся, что ему ответить, а потом он подобрал слова для ответа на этот вопрос: «Черкасов не просто умер, он сгорел. Жизнь – это костёр. А костры бывают разные. Один долго тлеет под серым налётом пепла – ни тепла от него, ни света. Другой – пылает светло и жарко и быстро прогорает… К такому костру тянется всё живое. Таким костром была творческая жизнь Алексея Тимофеевича Черкасова. Жаркий огонь своего сердца он вплавлял в свои книги, и потому они имеют такую неуёмную притягательную силу».

Ведущий архивист КГКУ «ГАКК»
К.Ю. Липатова

список статей